Эпос о Гильгамеше

Потоп 

 Не нравилось старшему богу Энлилю, что людей на земле все больше и больше, что становятся они все умнее и сильнее. Так, глядишь, и богов пересилят. Собрал он на верхнем небе, в жилище праотца Ану, старших богов и склонил их сердца к жестокому решению: устроить великий потоп и уничтожить всех людей — и заставил всех богов поклясться в том, что не откроют они эту страшную тайну людям.

Лишь добрый бог Эа был огорчен. Но как спасти хотя бы один род, не нарушая клятву? Он спустился на землю в город Шуруппак, что лежит на берегу Евфрата, и зашептал тростниковой стене человеческого жилища:

— Хижина, хижина, стенка, стенка! Слушай, хижина, стенка, запомни мои слова: «Шуруппакиец, спасай свою душу, построй корабль, погрузи на него весь свой род и все живое».

В шелесте тростника услышал хозяин хижины Утнапишти совет бога. И спросил:

— Но как объясню я все это народу и старцам?

— А ты скажи, что Энлиль тебя ненавидит и ты решил спуститься к океану к владыке Эа. Там много рыбы, прольется дождь, и будет богатая жатва.

К заходу солнца пятого дня построил Утнапишти по своим чертежам корабль. Нагрузил его всем, что имел, поднял на борт всю семью и род свой, скот степной и зверье и всех мастеров, помогавших ему в работе.

Наступил день потопа. Глянул на погоду Утнапишти и устрашился. С основания небес встала черная туча. Бог грома гремел в ее середине. Что было светлым, во тьму обратилось. Южный ветер налетел, пригнал воду, вырывая жерди плотин и затопляя горы. И казалось, земля раскололась, как чаша.

Даже боги устрашились потопа. Они поднялись на верхнее небо, сгрудились у жилища Ану. Губы у них пересохли от страха. Они плакали и проклинали тот день, когда поддались уговорам Энлиля.

Лишь на седьмой день успокоилось небо, утих ураган. Утнапишти открыл отдушину и взглянул на море. Тишь настала, а все человечество превратилось в глину. Плоской, как крыша, была поверхность воды, и некуда было причалить. Но вот медленно опадать стала вода, поднялась из моря гора Ницар. К ней и пристал Утнапишти. Шесть дней простоял у горы корабль Утнапишти. На седьмой он выпустил голубя. Но вернулся голубь, не найдя суши. Затем выпустил ласточку. И она ни с чем вернулась. Тогда Утнапишти выпустил ворона. Не вернулся ворон. Нашел берег и стал громко каркать.

Утнапишти понял, что спасен. Сошел на берег. Поставил жертвенник, воскурил благовония и принес в жертву барашка.

Боги почуяли знакомые запахи, обрадовались и слетелись к Утнапишти. Но богиня-мать, когда-то помогавшая лепить людей из глины, допустила к жертвенным баранам всех, кроме Энлиля. За то, что тот, не подумав хорошенько, чуть не лишил землю людей, а богов — верных слуг и кормильцев.

И решили боги: когда людей будет становиться слишком много, не делать потоп. Пусть людей поубавит лучше лев или волк, пусть часть из них умрет от голода или мора.

А Утнапишти в благодарность за спасение рода человеческого, зверей и птиц наградили бессмертием и поселили на уединенном острове.